Ожерелье

«Что ты говоришь?» — воскликнул он, вскочив от потрясения.

“What do you mean?” he cried, jumping up in shock.

Они искали в складках платья, в пальто и во всех карманах, но ничего не нашли.

They searched in the folds of her dress, in her coat and in all the pockets, but they found nothing.

«Ты уверена, что оно ещё было на тебе, когда ты уходила с бала?» — спросил он.

“Are you sure you still had it when you left the ball?” he asked.

«Да, я трогала его в вестибюле министерства», — сказала она.

“Yes, I touched it in the hall of the Ministry,” she said.

«Если бы ты потеряла его на улице, мы бы услышали, как оно упало, — сказал он, — значит, оно в фиакре».

“If you had lost it outside, we would have heard it fall,” he said, “so it is in the cab.”

«Это возможно, — сказала она, — но ты заметил номер фиакра?»

“That is possible,” she said, “but did you notice the number of the cab?”

Оба знали, что ни один из них не смотрел, и они с ужасом уставились друг на друга.

They both knew that neither of them had looked, and they stared at each other in horror.

Наконец Луазель снова оделся и сказал: «Я пойду пешком назад по всей дороге, по которой мы шли».

At last Loisel dressed again and said, “I will go back on foot along the whole way we came.”

Он ушёл, а она осталась в бальном платье, слишком уставшая, чтобы лечь, и неспособная думать.

He left, and she stayed in her ball dress, too tired to go to bed and unable to think.

Муж вернулся около семи часов, но ничего не нашёл.

Her husband returned at about seven o’clock, and he had found nothing.

Он ходил в полицию, в газеты, чтобы объявить награду, и во все извозчичьи конторы.

He went to the police, to the newspapers to offer a reward, and to all the cab companies.

Она ждала весь день в том же состоянии ужаса перед этой страшной бедой.

She waited all day, in the same state of terror before this terrible disaster.

Луазель вернулся вечером с бледным, осунувшимся лицом, и снова ничего не нашёл.

Loisel came back in the evening with a pale, hollow face, and again he had found nothing.

«Напиши подруге, — сказал он, — что ты сломала застёжку и отдала ожерелье в ремонт».

“Write to your friend,” he said, “and tell her that you broke the clasp and are having it repaired.”

«Это даст нам время, чтобы его поискать».

“That will give us time to look for it.”

Она написала то, что он сказал.

She wrote what he told her.

Через неделю они потеряли всякую надежду, и Луазель, постаревший, сказал: «Мы должны заменить украшение».

After a week they had lost all hope, and Loisel, who looked older, said, “We must replace the jewel.”

На следующий день они взяли коробку и пошли к ювелиру, чьё имя было внутри.

The next day they took the box and went to the jeweller whose name was inside it.

Тот просмотрел свои книги и сказал: «Это ожерелье продал не я, мадам, я сделал только футляр».

He looked through his books and said, “I did not sell this necklace, madam, I only made the case.”

Они ходили из магазина в магазин, ища такое же ожерелье, больные от тревоги и горя.

They went from shop to shop, looking for a necklace like the first one, sick with worry and sorrow.

В одной лавке в Пале-Рояль они нашли нить бриллиантов, которая казалась точно такой же.

In a shop in the Palais Royal they found a string of diamonds that seemed exactly the same.

Оно стоило сорок тысяч франков, но ювелир соглашался продать его за тридцать шесть тысяч.

It cost forty thousand francs, but the jeweller would sell it for thirty-six thousand.

Они попросили его не продавать это ожерелье три дня.

They asked him not to sell it for three days.

У Луазеля было восемнадцать тысяч франков, которые оставил ему отец, а остальное он собирался занять.

Loisel had eighteen thousand francs, which his father had left him, and he would borrow the rest.

Он попросил у одного тысячу франков, у другого пятьсот, а у остальных суммы поменьше.

He asked one man for a thousand francs, another for five hundred, and others for smaller sums.

Он подписывал бумаги, давал опасные обещания и имел дело с ростовщиками всех мастей.

He signed papers, made dangerous promises and dealt with moneylenders of every kind.

Он рисковал остатком своей жизни, подписывая, не зная, сможет ли когда-нибудь расплатиться.

He risked the rest of his life, signing without knowing if he could ever pay.

Боясь нищеты, которая ждала впереди, он положил на прилавок тридцать шесть тысяч франков и забрал новое ожерелье.

Afraid of the misery ahead, he put thirty-six thousand francs on the counter and took the new necklace.

Когда Матильда принесла его назад, мадам Форестье холодно сказала: «Ты держала его слишком долго, а оно могло мне понадобиться».

When Mathilde brought it back, Madame Forestier said coldly, “You kept it too long, and I might have needed it.”

Она не открыла футляр, а Матильда боялась, что откроет.

She did not open the case, and Mathilde was afraid that she would.

Что подумала бы подруга, если бы заметила разницу?

What would her friend have thought if she had noticed the difference?

Возможно, она решила бы, что Матильда — воровка.

Perhaps she would have thought that Mathilde was a thief.